Приветствую Вас Гость!
Пятница, 19.10.2018, 05:40
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Форма входа

Категории раздела

Воронежский добровольческий коммунистический полк [2]
История и роль Воронежского полка в Великой Отечественной войне

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 109

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Глобус

Партнеры


Анализ тиц pr
Seo анализ сайта, оптимизация
Яндекс цитирования

Курсы валют

Курсы валют
ПокупкаПродажа
USD/RUB0.000.00
EUR/RUB0.000.00
Данные на

Копилка сайта

Красота природы

WMR Бонусы!

Поиск по сайту

Анекдоты, Юмор

Друзья сайта

Остеохондроз?

Погода

Календарь событий

Праздники сегодня

События истории

Каталог статей

Главная » Статьи » Воронеж в годы Великой Отечественной войны » Воронежский добровольческий коммунистический полк

Создание Воронежского добровольческого коммунистического полка в годы ВОВ
Такое бывает раз в жизни…
Позволю себе нарушить хронологическую нить повествования и, забежав вперед, рассказать о незабываемом дне в жизни нашей 100-й ордена Ленина стрелковой дивизии. Позволю себе потому, что это событие связано с боями под Ельней. Именно в боях под Ельней родилась советская гвардия. Приказ о присвоении 100-й ордена Ленина стрелковой дивизии звания гвардейской был подписан 18 сентября 1941 года. Я был в это время на КП 2-го кавалерийского корпуса, где получал боевую задачу для дивизии. Когда вернулся в штаб дивизии, меня встретил взволнованный чем-то старший батальонный комиссар К. И. Филяшкин. Улыбаясь, он сказал мне: — Поздравляю, Иван Никитич! Наша дивизия стала гвардейской! В приказе народного комиссара обороны СССР № 308 говорилось: «В многочисленных боях за нашу Советскую Родину против гитлеровских орд фашистской Германии 100, 127, 153 и 161-я стрелковые дивизии показали образцы мужества, отваги и организованности. В трудных условиях борьбы эти дивизии неоднократно наносили жестокие поражения немецко-фашистским войскам, обращали их в бегство, наводили на них ужас. Почему этим нашим стрелковым дивизиям удалось бить врага и гнать перед собой хваленые немецкие войска? Потому, во-первых, что при наступлении они шли вперед не вслепую, не очертя голову, а лишь после тщательной разведки, после серьезной подготовки, после того, как они прощупали слабые места противника и обеспечили охранение своих флангов. Потому, во-вторых, что при прорыве фронта противника они не ограничивались движением вперед, а старались [107] расширять прорыв своими действиями по ближайшим тылам врага, направо и налево от места прорыва. Потому, в-третьих, что, захватив у противника территорию, они закрепляли за собой захваченное, окапывались на новом месте, организуя крепкое охранение на ночь и высылая вперед серьезную разведку для нового прощупывания отступающего противника. Потому, в-четвертых, что, занимая оборонительную позицию, они осуществляли ее не как пассивную оборону, а как оборону активную. Они не дожидались того момента, когда противник ударит их и оттеснит назад, а сами переходили в контратаки, чтобы прощупать слабые места противника, улучшить свои позиции и вместе с тем закалить свои полки в процессе контратак для подготовки их к наступлению. Потому, в-пятых, что при нажиме со стороны противника эти дивизии... организованно отвечали ударом на удар противника... Потому, наконец, что командиры и комиссары в этих дивизиях вели себя как мужественные и требовательные начальники, умеющие заставить своих подчиненных выполнять приказы и не боящиеся наказывать нарушителей приказов и дисциплины. На основании изложенного и в соответствии с Постановлением Президиума Верховного Совета СССР Ставка Верховного Главнокомандования приказывает: За боевые подвиги, за организованность, дисциплину и примерный порядок указанные дивизии переименовать в гвардейские дивизии, а именно: 1. 100-ю стрелковую ордена Ленина дивизию — в 1-ю гвардейскую дивизию (командир дивизии генерал-майор Руссиянов)... 2. В соответствии с Постановлением Верховного Совета Союза ССР указанным дивизиям вручить особые гвардейские Знамена. 3. Всему начальствующему (высшему, старшему, среднему и младшему) составу с сентября с/г во всех четырех гвардейских дивизиях установить полуторный, а бойцам двойной оклад содержания. ...Настоящий приказ объявить в действующей армии и в округах во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях и командах...» Как человек военный, я научился сдерживать себя. Но когда прочел приказ, то с трудом сумел проглотить подступивший [108] к горлу комок. Я, конечно, знал, что наша дивизия сражается хорошо, что она с честью прошла сквозь тяжелейшие бои, но такого высокого признания наших боевых заслуг не ожидал... ...Ранним утром 2 декабря 1941 года части дивизии были выстроены на привокзальной площади станции Волоконовка Курской области. Зима стояла суровая. Мороз. Ледяной ветер сек лицо колючей сухой снежной крупой. Но что нам было до погоды? В этот день у многих на глазах стояли слезы совсем не от леденящего ветра, а от переполнявшего сердце чувства гордости за родную дивизию, от чувства благодарности к партии и Верховному Командованию, так высоко оценившим наши боевые заслуги. Каждый видел, что испытания, через которые пришлось пройти, были не напрасны. Страна высоко ценит его ратный труд. Тысячи глаз неотрывно следили за проплывавшим вдоль застывшего строя алым гвардейским полотнищем, на котором сияло золотом новое наименование 100-й стрелковой — «1-я гвардейская стрелковая дивизия». Вручивший Знамя начальник политотдела 21-й армии бригадный комиссар И. И. Михальчук обратился к воинам с краткой приветственной речью. Мощное гвардейское «ура» трижды прокатилось над площадью, когда И. И. Михальчук вручал красный стяг военкому комиссару дивизии К. И. Филяшкину, которому выпала честь от имени командования дивизии принять эту святыню. Я в это время был на передовой под Новым Осколом. — С чувством гордости и благоговения принимаем мы от партии и народа славное Знамя советских гвардейцев, — сказал К. И. Филяшкин. — И перед этим Знаменем мы заверяем нашу Родину, ленинскую партию и советский народ, что будем беспощадно громить оккупантов, пока на нашей земле не будут истреблены все фашистские захватчики — все до единого. Мы будем сражаться храбро и умело, используя все силы, боевую выучку и военную хитрость, чтобы бить врага с удесятеренной энергией. Мы клянемся сквозь дым и огонь сражений пронести это Знамя к победе, к полному разгрому германского фашизма... Бойцы и командиры, преклонив колено, дали гвардейскую клятву на верность Родине, советскому народу, [109] своему армейскому долгу. Затем знаменосцы и ассистенты лейтенант Сороковых и красноармейцы Киселев, Кузнецов и Новиков в сопровождении взвода автоматчиков приняли из рук комиссара гвардейское Знамя и заняли место на правом фланге. Оркестр заиграл «Интернационал». Бойцы с какой-то особой гордостью провожали глазами эту драгоценную реликвию, украшенную вышитым золотом портретом В. И. Ленина и словами «За нашу Советскую Родину!». Многие испытанные, не дрогнувшие в боях воины плакали, не стесняясь своих слез. Вспомните, какое это было время. Враг был очень силен, стоял у самых стен Москвы. Трудно, ох как трудно было! А мы его били. Били! Били мы — гвардейцы! В этот день во всех полках дивизии прошли митинги. Вот так воины нашей дивизии стали гвардейцами. Бойцы шутили: «Ну теперь, ребята, к нам в дивизию будут принимать только усачей двухметрового роста. Держись теперь, Гитлер!» Я смотрел на этих хохочущих ребят, одетых в военную форму, и меня не покидало какое-то тревожно-щемящее чувство. У многих из них не только двухметрового роста, но и усов-то еще никогда не было. Им завтра идти в бой. И на нас, командирах, лежит ответственность за их жизнь. Сколько уже товарищей, и каких — настоящих героев, — потеряли мы в отгремевших сражениях. Геройски погибли командир 331-го стрелкового полка полковник И. В. Бушуев и его преемник майор И. Я. Солошенко. Совершив подвиг, погиб командир разведывательного батальона майор С. Н. Бартош — всегда жизнерадостный, неустрашимый командир, любимец разведчиков. Нет с нами больше и комиссара 355-го стрелкового полка старшего батальонного комиссара Г. А. Гутника. Этот голубоглазый, спокойный политработник был всегда в самом пекле боя. Его спокойствие ободряло, внушало уверенность. Не раз он личным примером увлекал бойцов вперед, и враг всегда бежал, не выдержав яростной штыковой атаки. И всегда впереди атакующих был комиссар Гутник. И вот его нет среди нас, как нет и многих других замечательных командиров и бойцов... * * * А теперь вернемся под Ельню. Успешно выполнив свою задачу, дивизия была направлена в Воронеж для пополнения и отдыха. [110] Первым погрузился в вагоны 355-й стрелковый полк. Медленно двинулись эшелоны 1-й гвардейской дивизии на восток, пропуская встречные воинские составы... А Воронеж в это время еще жил «почти мирной» жизнью военного времени. Заводы работали на полную мощность, рабочие простаивали у станков по две смены. Город готовил для фронта дивизию добровольцев. Эта дивизия народного ополчения была создана по решению бюро Воронежского обкома ВКП(б) от 5 июля 1941 года. В рядах этой дивизии насчитывалось свыше 20 тыс. человек. Это были рабочие, служащие, студенты. В положенное время они стояли у станков, работали в учреждениях, учились. А потом шли в свои роты, батальоны, полки, овладевали военными знаниями, готовились в случае необходимости стать на пути врага с оружием в руках. Личный состав в подразделениях часто менялся: одни уезжали на восток вместе о эвакуируемым заводом или учреждением, другие уходили в армию, а на их место в ополченческий строй становились новые люди, и численный состав полков оставался в основном неизменным. И все же дивизия не была боевым подразделением. В обкоме все больше склонялись к мысли о необходимости отобрать часть ополченцев, создать из них боевое формирование и отправить его на фронт. 6 августа 1941 года в штабе дивизии народного ополчения, расположившегося в доме № 39 по улице Орджоникидзе, состоялось совещание политработников частей и подразделений. Когда все разошлись, командир дивизии полковник М. Е. Вайцеховский сказал комиссару соединения Н. П. Латышеву: — Думаю, комиссар, из нашей дивизии не будет прока... Надо или перевести личный состав на казарменное положение со всеми вытекающими из этого последствиями, или отобрать самых крепких и создать боевой полк, который в ближайшее время можно подготовить для отправки на фронт. Тут же была составлена по этому предложению записка в обком партии. Первый секретарь обкома В. Д. Никитин поддержал предложение и направил Латышева с ходатайством в Москву. Вскоре Латышев вернулся в Воронеж с копией приказа И. В. Сталина командующему Орловским военным округом генерал-лейтенанту А. А. Тюрину. В приказе [111] было сказано, что Воронежскому обкому партии разрешается сформировать полк из добровольцев народного ополчения, а военному округу предписывается обмундировать, вооружить полк и включить его в одну из формирующихся дивизий. Командиром полка бюро обкома партии утвердило полковника М. Е. Вайцеховского, комиссаром Н. П. Латышева. Для зачисления в полк каждый коммунист-доброволец должен был получить разрешение своей партийной организации. На политическую работу в полк были направлены опытные коммунисты. Так, инструктором по пропаганде стал заместитель заведующего отделом обкома партии М. В. Поваляев, политруком 120-мм минометной батареи — инструктор обкома П. Д. Воротилин. Всего в полк пришло 16 работников обкома партии. Секретарем парторганизации полка был назначен секретарь райкома партии А. Ф. Иванов. Политруками рот и парторгами спецподразделений стали заведующие отделами, инструкторы райкомов, секретари крупных парторганизаций города. Тщательно подбирались и командные кадры. Полковник Вайцеховский лично беседовал с каждым командиром. Сам он прошел суровую боевую школу. В годы гражданской войны в рядах Красной Армии сражался на Урале, под Царицыном, в Закавказье и Средней Азии. Командовал полком, бригадой, сводными отрядами, был несколько раз ранен, награжден двумя орденами Красного Знамени. Под стать командиру был и начальник штаба полка, герой гражданской войны, бывший начальник отдела боевой подготовки областного Осоавиахима капитан А. Т. Худяков. До этих дней Вайцеховский и Худяков не были лично знакомы. Но вскоре выяснилось, что на дорогах гражданской войны пути их то и дело скрещивались, их биографии и судьбы были во многом схожими. Михаил Емельянович родился в 1896 году, Александр Тимофеевич — в 1897-м. В первую мировую войну оба были прапорщиками. Добровольно вступили в Красную Армию, мужественно защищали Советскую власть и одним приказом Реввоенсовета Республики 17 октября 1923 года награждены орденами Красного Знамени за героизм, проявленный в боях на Кавказе. В конце 1923 года А. Т. Худяков сформировал 4-й Азербайджанский полк, а через несколько [112] месяцев, когда он заболел тропической малярией, этим полком стал командовать М. Е. Вайцеховский. Много лет спустя, когда над Родиной снова нависла угроза, пути боевых командиров сошлись в Воронежском добровольческом коммунистическом полку. Формирование полка проходило в Первомайском саду. Сюда приходили коммунисты и комсомольцы, получившие в райкомах партии путевки в формирующийся полк. Штатное расписание не позволило зачислить в полк всех желающих, многим пришлось отказать. Лучшие кадры отдавал город своему полку. Приходили люди самых различных профессий и возрастов — от 18 до 50 лет: рабочие и артисты, студенты и преподаватели, железнодорожники и шоферы, служащие различных учреждений и партийные работники. Некоторые из них участвовали в гражданской войне, некоторые — в боях на Хасане, Халхин-Голе, Карельском перешейке. Были люди, отслужившие срок в кадрах Красной Армии, и юноши, никогда не державшие в руках винтовку. Всего Воронеж направил в полк 3345 человек, из них — 3045 коммунистов. Около 300 человек, главным образом специалистов и командиров, послали Воронежский облвоенкомат и Тамбовское пехотное училище. Полк вобрал в себя все лучшее, что было в дивизии народного ополчения. В приказе № 1 по полку от 21 августа 1941 года говорилось: «Полк оправдает то огромное доверие, которое на него возлагает партия, Советское правительство, рабочие, служащие и общественные организации г. Воронежа, передавшие в состав полка лучших своих товарищей. Полк должен в совершенстве овладеть боевой подготовкой и будет в бою крепкой и бесстрашной частью героической Красной Армии». Местом дислокации полка были определены поселки Сомов и Сосновка. Здесь на поляне соснового бора и состоялось первое полковое партийное собрание. На нем присутствовали секретари Воронежского обкома партии В. Д. Никитин и А. М. Некрасов. Обсуждался вопрос «О задачах партийной организации по обеспечению успешной боевой подготовки полка». Коммунисты решили в кратчайший срок овладеть военным делом. Началась упорная боевая учеба. Пехотинцы изучали тактику ведения боя, саперы ремонтировали дороги и наводили [113] мосты, артиллеристы и минометчики учились разить врага своим оружием. 13 сентября в Воронеж прибыла для пополнения наша 100-я ордена Ленина стрелковая дивизия, и тогда-то полк в полном составе был включен в ее ряды и стал называться 4-м Воронежским стрелковым полком. Четвертым потому, что в дивизии уже было три полка. Воронежский оказался сверхштатным. Этого удалось добиться секретарю обкома Никитину. Впоследствии по этой причине часто возникали недоразумения при переходе дивизии из одной армии в другую. Мне не раз приходилось разъяснять, почему наше соединение имеет одним стрелковым полком больше, чем все остальные дивизии Красной Армии. 15 сентября немецкие 1-я и 2-я танковые группы, наступавшие навстречу друг другу, соединились в районе Лохвицы. В результате войска четырех армий Юго-Западного фронта оказались в окружении. Советское командование предприняло попытки деблокировать их. В окрестностях Лебедина создавалась ударная группировка для наступления в направлении Ромны выходящим из окружения частям. Наша дивизия вошла в состав конномеханизированной группы генерала Белова и сосредоточилась 18 сентября в районе Межеричи, Михайловка, Лебедин. В этот день я приехал в штаб 2-го кавалерийского корпуса, где получил задачу к утру 21 сентября вывести дивизию на рубеж Коровницы, Сакуниха для наступления на Ромны. Вернувшись из штаба корпуса, я и узнал о переименовании нашего соединения в 1-ю гвардейскую ордена Ленина стрелковую дивизию. Об этом незабываемом дне уже рассказано читателю.
С 21 сентября дивизия участвовала вместе с частями 2-го кавалерийского корпуса в контрударе против раменской группировки Гудериана. Части дивизии под командованием майоров Багдасарова, Когана и Козина с ходу вступили в бой с гитлеровцами на реке Сула. Боевое крещение принял в этих боях Воронежский добровольческий коммунистический полк. Произошло это под селом Липовая Долина и деревней Сакуниха. Полк получил задачу основными силами занять оборону на довольно широком фронте, а третий батальон капитана Г. Я. Хаустова выдвинуть для прикрытия фланга в районе Липовая Долина, оседлав шоссе Ромны — Лебедин. [114] Однако разведка доложила, что деревня занята противником. Хаустов решил выбить гитлеровцев из населенного пункта, развернул батальон в боевой порядок и атаковал врага. Тогда фашисты помимо артиллерии и минометов бросили против атакующих авиацию и танки. Вместе с третьим батальоном в бою за Линовку участвовали кавалеристы 2-го корпуса и танкисты 1-й танковой бригады. Ожесточенный бой длился всю ночь. Утром кавалерийские части и танкисты получили приказ отходить на новые позиции, а батальон Хаустова должен был прикрывать их отход. Обнаружив отход наших частей, противник открыл сильный артиллерийско-минометный огонь, но преследовать наши части не смог: путь ему преградил батальон воронежцев. В это время во всей полосе наступления дивизии обстановка резко ухудшилась. Я получил приказ отвести соединение на рубеж реки Псел, западнее города Лебедин. Противник же, обходя наш фланг, пытался перерезать путь отхода частей соединения. Воронежский полк получил приказ: стремительной атакой овладеть деревней Сакуниха, задержать противника и не допустить его к переправе через реку Хорол. Задача осложнялась тем, что второй батальон полка был передан другой части дивизии, а третий батальон уже вел тяжелые бои в районе деревни Липовая Долина. По существу, задачу должен был выполнять один первый батальон полка. Ранним утром 22 сентября 1941 года первый батальон, которым командовал капитан В. А. Петров, развернулся в боевой порядок и начал наступление на Сакуниху. Противник открыл сильный артиллерийский и минометный, а потом и ружейно-пулеметный огонь. Неся потери, батальон продвигался вперед. Наиболее тяжелая обстановка сложилась на левом фланге, где наступала вторая рота — у нее не было соседа слева — фланг был открыт. Противник обстреливал подразделение с двух направлений. Командир роты старший лейтенант Сидоров был убит. Рота понесла большие потери, залегла. Нависла угроза на левом фланге и в районе огневых позиций артиллерии полка, куда противник бросил группу своих автоматчиков. Создалось критическое положение. Начальник штаба полка капитан Худяков вместе с комиссаром полка Латышевым создали из спецподразделений полка (связистов, саперов, химиков, музыкантов) [115] боевую группу, которую повел в наступление капитан Худяков левее второй роты. Получив поддержку, поднялась и пошла в атаку и вторая рота. Группа автоматчиков противника была отброшена, и угроза захвата артиллерийских позиций была ликвидирована. В это же время рота связи полка под командованием политрука А. М. Попова (командир роты был убит) смелой атакой захватила окраину деревни, где находился наблюдательный пункт и огневые позиции противника. При этом особо отличился боец Канищев. Он первым добрался до вражеского наблюдательного пункта и убил нескольких фашистов. В этом бою политрук А. М. Попов был тяжело ранен, но остался в строю и продолжал командовать ротой. Около 16 часов первый батальон вел неравный бой с противником, превосходящим его во много раз в живой силе и технике. Отважные гвардейцы выполнили приказ — не пропустили врага к переправе. По ней в полном порядке отошли наши войска. В этом бою гитлеровцы потеряли убитыми не менее 200 человек. Под Сакунихой и Липовой Долиной бойцы и командиры Воронежского полка выдержали суровый экзамен. Конечно, отсутствие боевого опыта, недостаточная обученность давали себя знать. Полк понес серьезные потери в личном составе. Но все воронежцы проявили стойкость, мужество и героизм. Отойдя на левый берег реки Псел, части дивизии заняли оборону в полосе Межиричи, Каменное, что по фронту составляло более 35 км. Противник упорно пытался форсировать Псел и развить наступление в направлении Лебедин, Белгород. Наивысшего накала бои достигли в период с 25 по 28 сентября. Главные усилия гитлеровцы сосредоточили против правофлангового 331-го и центрального 355-го стрелковых полков, оборонявших город Лебедин. Однако гвардейцы частей майоров В. А. Когана и З. С. Багдасарова при поддержке артиллеристов дивизионов капитанов Колесникова и Помельникова, старшего лейтенанта Шишкова, а также дивизиона гвардейских минометов капитана Кислицкого отражали все атаки противника. Помню, как в ночь на 28 сентября в хату, где расположились мы с комиссаром К. И. Филяшкиным, вошел незнакомый полковник. Это был представитель штаба [116] Юго-Западного фронта Иван Христофорович Баграмян. Он объяснил, что командование фронта интересуют причины больших потерь дивизии в боях под Ромнами, а также вопрос, способно ли соединение продолжать вести активные боевые действия. Мы рассказали Баграмяну, что, выгрузившись из эшелонов и совершив стокилометровый переход, соединение, пополнившееся необстрелянными и недостаточно обученными бойцами и командирами, с ходу вступило в бой против фашистских танков и мотопехоты. К тому же не хватило времени подтянуть артиллерию. Отсюда значительные потери. Но и гитлеровцев потрепали гвардейцы здорово. Теперь личный состав дивизии уже имеет боевой опыт, дерется отлично. Завтра представитель штаба армии может и сам убедиться в этом. Утром мы вместе с И. X. Баграмяном отправились в 355-й стрелковый полк. Майор З. С. Багдасаров доложил обстановку. В это время противник открыл по нашим позициям сильный артиллерийско-минометный огонь, налетели вражеские самолеты. Вскоре свыше 30 танков и до полка мотопехоты атаковали наши подразделения. Вражеская атака была отбита. Из 355-го стрелкового полка мы вернулись на КП дивизии. Начальник штаба полковник Б. И. Кащеев (полковник П. И. Груздев еще в августе был переведен в другую дивизию) доложил, что гитлеровцам удалось вклиниться в оборону 331-го стрелкового полка, к участку вклинения враг стягивает резервы, готовясь развить успех. Оценив обстановку, я принял решение накрыть гитлеровский клин залпом гвардейского минометного дивизиона. Фашисты, очевидно впервые испробовавшие мощь огня «катюш», в панике бежали. Здесь же, на КП, мы узнали, что противник прорвал оборону нашего правого соседа 5-й кавдивизии и наступает вдоль дороги, идущей из Синевки на Штеповку. Получив эту информацию, И. X. Баграмян немедленно уехал в штаб 2-го кавалерийского корпуса. В последующие дни на нашем участке обороны противник значительно снизил активность. Воспользовавшись этим, мы нанесли несколько сильных ударов по врагу, а 331-й стрелковый полк и третий батальон Воронежского полка участвовали вместе с частями других соединений в ликвидации прорыва гитлеровцев на Штеповку. В течение 14 суток фашисты пытались прорвать оборону дивизии и [117] выйти к Белгороду вдоль шоссейной и железной дорог, проходящих через Лебедин, Боромля, Томаровку. Но у них ничего из этого не получалось. 6 октября враг нанес удар по частям нашего соседа, слева 295-й стрелковой дивизии и начал теснить их на восток. В тот же день гитлеровцы использовали не занятый советскими войсками участок фронта и обошли 1-ю гвардейскую дивизию с правого фланга. Создались условия полного окружения нашего соединения. Оценив сложившуюся обстановку, командующий 21-й армией приказал мне отвести дивизию на 30–35 км и занять промежуточный рубеж Великий Истроп, Буймер, Олешня. Отбивая атаки наседавшего врага, части дивизии уже к утру 10 октября вышли на указанный рубеж и организовали оборону в полосе до 40 км. Вначале гитлеровцы не проявляли активности на нашем участке обороны. Главные усилия они сосредоточивали против 227-й стрелковой дивизии, действовавшей справа, и 295-й стрелковой дивизии, оборонявшейся слева. Под напором превосходящих сил противника эти соединения вновь отошли на восток. И вновь для нас возникла угроза окружения, но командарм генерал-майор В. Н. Гордов приказал удерживать занимаемый рубеж. Нам удалось отбить все атаки гитлеровцев, пытавшихся прорваться в направлении Боромля, Тростянец. Лишь вечером 16 октября мне позвонил начальник штаба армии генерал-майор А. И. Данилов и приказал отходить на Томаровку, Белгород. Решили отводить соединение двумя колоннами: левая — 85-й и 331-й стрелковые полки и первый батальон 4-го стрелкового полка; правая — остальные части дивизий, управление, тылы. Погода в те дни стояла отвратительная. Лил дождь, и дороги стали труднопроходимыми. Автомашины, артиллерию приходилось непрестанно вытаскивать из грязи. Левую колонну возглавил начальник штаба дивизии полковник Б. И. Кащеев. Под прикрытием бокового отряда, в который был назначен первый батальон 85-го стрелкового полка, колонна успешно вышла из вражеского кольца, сохранив личный состав и боевую технику. Я выводил из окружения правую колонну дивизии, и нам пришлось гораздо труднее. Это было вызвано тем, что в составе колонны двигались тылы. Утром 16 октября тыловые подразделения начали отходить в направлении [118] Грайворона, но вскоре застряли в пойме реки Ворсклица. Всю ночь на 17, весь день 18 октября мы вытаскивали из трясины автомашины и пушки. В результате этой задержки к исходу 19 октября колонна прошла всего 30 километров. Сделав двухчасовой привал в лесу северо-западнее Замостья, двинулись дальше, к утру достигли населенного пункта Ломная. Но тут высланная вперед разведка доложила, что противник занял Грайворон, его войска наступают на Борисовку. Значит, пути отхода нашей колонны перехвачены. К этому времени в баках автомашин и тягачей осталось всего по нескольку литров горючего. Посоветовавшись с комиссаром, я приказал: слить все горючее из транспортных автомашин и заправить им тягачи 46-го гаубичного полка. Транспортные автомашины уничтожить, В ночь на 23 октября атаковать противника и выйти из окружения. В дождь и грязь, измученные беспрерывными переходами, мы прорвали вражеское кольцо и соединились со своими войсками. Еще труднее приходилось в те дни подразделениям, прикрывавшим отход главных сил. Я хочу показать их мужество и героизм на примере действий первого батальона воронежцев. 14 октября комбат В. А. Петров получил приказ командира полка полковника Вайцеховского подготовить атаку в направлении хутор Мозговой, станция Боромля, Бездетково. Задача — сковать силы противника, отвлечь его на себя, дать возможность 331-му стрелковому полку дивизии оторваться от противника. На рассвете 14 октября первый стрелковый батальон начал наступление на хутор Мозговой. Под прикрытием полковой артиллерии подразделения быстро достигли хутора. Противник, видимо, не ожидал атаки и не успел открыть огонь. Лишь после того как рота старшего лейтенанта И. С. Давыдова ворвалась в хутор, гитлеровцы начали стрельбу. Завязался упорный бой на улицах. Во второй половине дня населенный пункт был в наших руках. Не задерживаясь на хуторе, батальон двинулся на станцию Бездетково. Солнце село, быстро сгущались сумерки. До станции Бездетково было около пяти километров пути. Петров повел батальон по широкой балке, а справа и слева двигались немецкие колонны. В то время фашисты редко отклонялись от наезженных дорог, мы это [119] знали и этим пользовались. Правда, мы не теряли бдительности, высылали сильное боковое охранение, уделяли большое внимание разведке и арьергардному прикрытию. Ночь была по-осеннему темной. Вскоре вернулись высланные вперед разведчики, доложили, что в Бездетково расположился большой отряд фашистов. Посоветовавшись с начальником штаба батальона капитаном Б. С. Бужинским и политруком батальона Н. К. Радченко, комбат принял решение атаковать станцию и поселок двумя эшелонами. В первом — две стрелковые роты, усиленные пулеметами и минометами, во втором — одна рота с частью батальонных минометов. В резерве — стрелковый взвод. Такое построение боевых порядков давало возможность быстро наращивать силы и тщательно прочесывать местность, что в ночных условиях имело важное значение. Темная ночь скрыла наш маневр. Фашисты были захвачены врасплох. Хотя многим гитлеровцам под покровом ночи все же удалось удрать, но не менее сотни их было уничтожено. Батальону достались богатые трофеи, в том числе 80 лошадей. Большой обоз с имуществом захватили бойцы взвода Хромина. Среди пленных было пять офицеров. Утром враг пошел в атаку. Густые цепи гитлеровцев двинулись на подразделения батальона. Фашистская артиллерия открыла сильный огонь по нашим боевым порядкам. Первую атаку врага батальон отбил. Противник, подтягивая силы, начал охватывать наши подразделения о флангов. Так как сдержать натиск более крупных сил врага батальон не мог, а свою основную задачу он фактически выполнил, то Петров принял решение оставить Бездетково и двигаться на соединение с главными силами полка. По той же самой балке воронежцы направились в обратный путь. Среди личного состава было немало раненых. Тут и пригодились трофейные лошади: тяжелораненых везли в повозках, легкораненые ехали верхом. Под утро подразделения батальона заняли круговую оборону в лесу. Боевое охранение возглавил политрук Н. К. Радченко. Когда он повел своих бойцов на указанную капитаном Б. С. Бужинским опушку леса, то заметил группу гитлеровцев. Это была вражеская разведка. Охранение подпустило фашистов на близкое расстояние [120] и по команде Радченко открыло огонь. Ни одному из 14 гитлеровцев не удалось спастись от точных выстрелов красноармейцев Игрунова, Богатырева, Яковлева, Черкасова и других. Старшина третьей роты Федотов и парторг этой роты красноармеец Шульгин уничтожили по три гитлеровца. День прошел спокойно. С наступлением темноты батальон снова двинулся в путь, держа направление на хутор Мозговой. Обильно смоченная осенними дождями земля липла к сапогам. Колеса повозок по ступицы увязали в черном месиве. На пути то и дело попадались овраги. Чтобы преодолеть их, приходилось выпрягать лошадей, переносить на руках раненых. К рассвету колонна вышла к большому болоту. Комбат приказал рубить хворост, носить с поля снопы. Тем временем разведка донесла, что хутор Мозговой занят фашистами. Враг был и в селе Жигайловка, где Петров рассчитывал встретиться с главными силами полка. Куда же держать путь? Впереди и позади, слева и справа были гитлеровцы. Как найти лазейку, где проскользнуть незамеченным целому батальону, да еще с большим обозом? Решили двигаться в село Поповку. Впереди было урочище, в котором оказались гитлеровцы, правда, их было не очень много. Головной отряд атаковал заставу врага и дружной атакой очистил лес. В бою погибли два бойца, несколько человек было ранено, в том числе капитан Райский. К счастью, пуля попала ему в ногу, не повредив кости, и капитан остался в строю. Разведчики доложили, что в Поповке гитлеровцы. Идти туда было нельзя. Из опроса местных жителей наши разведчики выяснили, что еще несколько часов назад в Поповке были советские части, которые ушли в сторону города Мирополь. Разведчики обнаружили также в двух километрах от Поповки не занятый противником хутор. Туда и приказал комбат перебраться, чтобы дать бойцам хоть немного согреться и обсушиться. Это была тревожная ночь. Никто из командиров и политработников не сомкнул глаз. Враг находился рядом, и нельзя было ни на минуту забывать об этом. Охрану держали усиленную, часто ее меняли. Как только разбрезжил рассвет, батальон двинулся на село Порозок. На шоссе путь преградил вражеский заслон, но головные подразделения сбили его. [121] К ночи подразделения вышли к линии фронта. Она отчетливо обозначалась огнями пожарищ, гулом орудий. Надо было сделать, очевидно, еще один переход, чтобы с боем выйти из вражеского окружения, но прорываться не пришлось. В селе находились части 1-й гвардейской стрелковой дивизии. [122]
 
 
 
С 5 июля 1941 г. началось формирование добровольного народного ополче­ния. Первый полк был создан из рабочих и служащих паровозоре­монтного завода имени Ф. Э. Дзер­жинского. 19-21 августа в Перво­майском саду был сформирован добровольческий полк, в котором было 3045 коммунистов и комсо­мольцев, и его по праву стали на­зывать коммунистическим. Воронежский полк вошел в 100-ю стрелковую дивизию, про­славившую себя в боях под Мин­ском и Ельней и прибывшую в Воронеж на отдых и пополнение, как 4-й стрелковый полк. Это был первый в истории нашей армии случай пополнения кадровой, фронтовой части «своим» соста­вом полка, сформированного из добровольцев-ополченцев. 18 сентября четыре стрелковых дивизии, отличившиеся на запад­ном направлении фронта, первы­ми в Красной армии получили наименование гвардейских. 100-я дивизия была переименована в 1-ю гвардейскую ордена Ленина дивизию. Ни одна воинская часть до этого не получала такого по­четного наименования. 2 декабря дивизии вручили гвардейское Зна­мя, причем честь принять его вы­пала 4-му Воронежскому полку. Забегая вперед, скажу, что 8 июля 1942 г., когда фашистские войска находились на подступах к Воронежу, 1-я гвардейская ди­визия вместе с войсками Брянско­го фронта нанесла сильный контрудар во фланг вражеской груп­пировке, наступавшей на Воро­неж. В результате наступление было приостановлено, что дало возможность защитникам Воро­нежа собрать все силы в кулак и остановить врага. В сражении участвовал и 4-й полк, который показал себя сильной воинской частью с высокими морально-по­литическими качествами, способ­ной выдержать любые фронто­вые испытания. На всем боевом пути от Воронежа до Вены полк оправдывал звание гвардейского. Многие из наших земляков, в том числе и начинавшие войну в добровольном ополчении, героически сражались в частях различ­ных фронтов. Боевыми орденами и медалями награждены 950 рабо­тавших на заводе синтетического каучука имени С. М. Кирова, а аппаратчику В. С. Путилину было присвоено звание Героя Советско­го Союза. Дважды удостоен это­го звания аппаратчик Г. М. Мыль­ников. Четырнадцать работников авиационного завода стали Геро­ями Советского Союза, а бывший слесарь завода А. К. Рязанов дваж­ды. Более 250 Героев дала стране Воронежская земля. С 29 июня 1941 года стала осу­ществляться перестройка экономи­ки страны применительно к требо­ваниям начавшейся войны. В нача­ле июля завод имени Ф. Э. Дзержин­ского по заданию ГКО отремонти­ровал шесть бронепоездов. Один был изготовлен своими силами и укомплектован дзержинцами. Вагоноремонтный завод имени Э. Тельмана стал ремонтировать танки, завод имени Коминтерна освоил выпуск принципиально новой военной техники - реактив­ных установок «катюша». С воронежских заводов потоком пошли на фронт новые штурмовики ИЛ-2, автоматы ППШ, гранаты, противотанковые мины, зажигатель­ная смесь, другая военная продукция. Юго-восточная железная до­рога обеспечила эвакуацию обо­рудования цехов воронежских заводов и их кадров на восток. Город усиленно готовился к своей защите. Силами населения были выкопаны противотанко­вые рвы на наиболее опасных подходах к городу, много кило­метров траншей, ходов сообще­ния, окопов для воинских частей и бомбоубежищ для населения. Летом 1941 г. в Во­ронеже проводилась работа по развертыва­нию сети военных гос­питалей, проходила добровольная сдача денежных сбережений и драгоценностей в фонд обороны Роди­ны. На собранные средства была куплена колонна новых танков Т-34, ее назвали «Во­ронежский колхоз­ник» и передали зем­лякам гвардейцам. К началу Великой Отечественной войны Воронеж был индустри­альным центром Черно­земья, с крупными науч­но-исследовательскими институтами и конст­рукторскими бюро, хо­рошо развитым сельс­кохозяйственным про­изводством. И не слу­чайно на картах, нахо­дившихся в войсках фашистской Германии, он значился в числе перво­степенных объектов для уничтожения. Ещё осе­нью 1941 года, подступив к Москве фашисты бросили 34-й армейс­кий корпус на захват Воронежа. Ввиду приближе­ния фронта к Вороне­жу 22 октября 1941 года был образован городской комитет обороны, по решению которого часть оборудования за­водов, вместе с рабочими и инже­нерами, в октябре - ноябре были эвакуированы в восточные райо­ны страны.
 


Источник: http://ttp://militera.lib.ru/memo/russian/russiyanov_in/11.html; http://istram.ucoz.ru/publ/voennyj_voronezh/212_dnej_i_
Категория: Воронежский добровольческий коммунистический полк | Добавил: Vrnadmin (17.05.2010) | Автор: Дмитрий E W
Просмотров: 3513 | Комментарии: 1 | Теги: гвардейское знамя, 5июля1941г, 8июля1942г, комитет обороны, 1я гвардейская ордена Ленина дивизи, Создание Воронежского добровольческ | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]